Перейти к содержимому
Евгений ЕрошевОбучение немецкому языку

Метод Мишеля Томаса: почему учитель запрещал запоминать

Что показали фильм BBC, справка ЦРУ и два опыта с ивритом и суахили, почему вспоминать полезнее, чем повторять за диктором, и как алгоритм FSRS решает, когда вернуть слово.

Мишель Томас в 1944 году, солдат армии США в пилотке и с винтовкой за плечом

Лондон, 1997 год. Класс подростков, которым школа давно поставила крест на французском. Вместо парт в аудиторию вносят мягкие кресла, и пожилой учитель первым делом говорит им: ничего не запоминайте и даже не пытайтесь. Через пять дней они бодро отвечают ему по-французски под камеры BBC.

А за шестнадцать лет до этого бывших учеников того же человека тихо проверили в ЦРУ. Я разберу, что показала та проверка, как на самом деле устроены его уроки и что из них стоит взять себе, если вы учите немецкий или любой другой язык.

Видео YouTube

Учитель кинозвёзд и пять дней в Лондоне

Мишель Томас родился в 1914 году в Лодзи, которая тогда входила в Российскую империю, в богатой еврейской семье владельцев текстильной фабрики. Звали его тогда иначе: Мишель Томас тоже псевдоним, одно из нескольких имён, под которыми ему пришлось жить. В семь лет родители увезли его от польского антисемитизма к тётке в немецкий Бреслау. Германию он полюбил, немецкий так и остался его любимым языком, а вот школу вспоминал без нежности. Учёба там была сплошной работой: сиди, напрягайся, не пропусти ни слова учителя, а дома ещё уроки. Учиться, говорил он потом, должно быть интересно и приятно, так, чтобы хотелось ещё.

Когда к власти пришёл Гитлер, он уехал во Францию, выучился там на филолога, изучал психологию в Сорбонне и в Вене. Дальше языки стали для него вопросом выживания. Он прошёл лагеря во Франции, воевал в Сопротивлении, а после освобождения Франции с семью языками попал в американскую контрразведку и допрашивал эсэсовцев. Славился он тем, что добивался от них правды без силы. За вылазки во вражеский тыл его тогда же представили к Серебряной звезде, а вручили её в 2004 году, когда ему было 90 (некролог в The Guardian, 2005)1.

Девяностолетний Мишель Томас с Серебряной звездой на лацкане у мемориала в Вашингтоне
Мишель Томас с Серебряной звездой у Национального мемориала Второй мировой войны в Вашингтоне, 25 мая 2004 года. Фото Army News Service, армия США, общественное достояние.

Почему после войны он занялся именно образованием, Томас объяснял сам. Его арестовало гестапо и пытало на допросе, и, по его словам, он так сосредоточился на том, чтобы сочинить для палачей правдоподобную легенду, что перестал чувствовать боль. После этого ему захотелось понять, на что вообще способна человеческая голова. А ещё он считал, что свободу удерживают не армии, а хорошее образование. В 1947 году он уехал в Лос-Анджелес, где жили его родственники, и вложил главный свой капитал, семь языков, самым очевидным способом: открыл языковую школу в Беверли-Хиллз, а позже и в Нью-Йорке. Учились у него голливудские звёзды и руководители крупных компаний, а личный курс, как говорится в фильме BBC, стоил 10 000 фунтов (Леви, 1997)2.

Стена с подписанными фотографиями звёзд в нью-йоркской школе Томаса. Фильм BBC «The Language Master», 1997, режиссёр Найджел Леви, 2:22.

Этот фильм и есть самое известное свидетельство о методе. В 1997 году BBC сняло в Лондоне документальную ленту «The Language Master», и сюжет её знаком всем, кто смотрел «Полиглот» на «Культуре»: учитель, небольшая группа трудных учеников и обещание за короткий курс решить их языковые проблемы. Томасу дали группу добровольцев из City and Islington Sixth Form Centre на севере Лондона, ребят 16–17 лет, которые учились по профессиональным программам, потому что не любят экзамены. По-нашему почти ПТУ. Кто-то из них уже заваливал школьный экзамен по языку, вроде нашего ОГЭ, а одной девушке учительница прямо советовала бросить французский, потому что способностей к языкам у неё нет. Заведующая кафедрой французского сказала в камеру то, что сказал бы любой учитель: язык требует внимания к мелочам, повторения и тяжёлой работы.

Эксперимент начался с мебели. Парты и доску вынесли, вместо них поставили кресла: Томас был убеждён, что учиться невозможно, пока что-то вызывает напряжение. Потом он объявил главное правило. Никогда не беспокойтесь о том, чтобы запомнить, а значит, и не пытайтесь. Если что-то забылось, это не ваша забота, а моя: за то, что вы помните, отвечаю я. Представьте это в обычной школе: ученик у доски говорит «я забыл», а учитель вместо привычного «а голову ты дома не забыл?» отвечает, что это его недоработка. Вечером Томас ещё попросил не повторять урок даже в уме и не проверять себя. Для ребят из колледжа, прямо скажем, мечта.

Первый день: парт нет, ученики сидят в креслах, Томас ходит между ними. Фильм BBC «The Language Master», 1997, режиссёр Найджел Леви, 9:06.

Первые французские слова, как выяснилось, ученики уже знали. Английские слова на -ible и -able вроде possible, table, comfortable пришли из французского и значат то же самое, отличается только произношение. Петров в «Полиглоте» начинал французский с похожего хода, только от русского: слова на -ция во французском обычно сохраняют корень и заканчиваются на -tion или -sion. Через несколько минут класс уже говорил c’est confortable, «это удобно», что в мягких креслах было чистой правдой.

Отвечали ученики тоже не так, как привыкли. Когда кто-то говорил фразу, Томас сохранял каменное лицо и молча поворачивался к остальным: как вы думаете, это правильно? И только когда вся группа сходилась на одном ответе, говорил «правильно» или подсказывал верный вариант. По съёмкам видно, что харизма у него была невероятная и внимание он держал мастерски.

Первый день шёл девять часов с одним коротким перерывом на обед. Так что «без усилий» здесь понятие относительное, а повторять урок вечером никто бы и так не стал. В пятницу на урок пришла заведующая кафедрой французского. Ученики отвечали Томасу по-французски и звучали убедительно, она назвала это очень впечатляющим, а сами ученики сказали ей, что за неделю выучили столько, сколько в школе проходят за пять лет. Девушка, которой раньше советовали бросить французский, сказала, что теперь ей кажется, будто она его понимает.

Пятница: ученицы отвечают Томасу по-французски. Фильм BBC «The Language Master», 1997, режиссёр Найджел Леви, 38:54.

Стоит подчеркнуть: фильм BBC показывает пять дней одной группы и снят как история успеха. Никакой проверки через месяц или сравнения с контрольной группой в нём нет. Что ученики умели через неделю, видно по кадрам, а сколько из этого осталось, неизвестно.

Почему университеты не поверили, а ЦРУ проверило

Учить одних кинозвёзд Томасу было мало. Он считал, что его метод нужен всем, и прежде всего обычным школьникам, а для этого его должны были признать университеты. Свои уроки он годами показывал американским университетам, и ответ, по его словам, был один и тот же: результат интересный, но так может только сам Томас, это его обаяние, повторить такое нельзя.

Мишель Томас в 1950-е годы, чёрно-белый портрет в костюме и галстуке
Мишель Томас в 1950-е, когда в Беверли-Хиллз у него учились кинозвёзды. Кадр из фильма BBC «The Language Master», 1997, 19:12; снимок отреставрирован нейросетью.

Ближе всего к признанию он подошёл в Калифорнийском университете. Об этом в фильме BBC рассказывает тогдашний декан гуманитарного отделения. Он сам отучился у Томаса около 30 часов, вышел убеждённым и собрал для него заведующих языковыми кафедрами отделения, где преподавали около 80 языков. Те попросили самого простого: покажите на примерах, что именно вы делаете, чтобы мы могли понять, отличается ли это от того, что делаем мы. Томас отказался. Показывать, как говорят его ученики, он был готов, а объяснять, как он этого добивается, нет: метод он создал сам, вне университета, и отдать его на разбор значило, по его словам, поощрять плагиат. Декан описал ту встречу одним словом: fiasco (Леви, 1997)2.

Кампус Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе и Херберт Моррис, бывший декан гуманитарного отделения: встречу Томаса с заведующими кафедрами он назвал провалом. Фильм BBC «The Language Master», 1997, режиссёр Найджел Леви, 33:32.

Здесь, по-моему, и кроется всё недоразумение. Признания Томас добивался годами, но понимал его по-своему: посмотрите, как говорят мои ученики, и поверьте. А в университете признать метод значит сначала дать коллегам его разобрать и проверить, и на это он так и не согласился.

Самая жёсткая проверка прошла тихо. 6 января 1981 года ректор Питтсбургского университета Уэсли Посвар написал директору ЦРУ письмо в пользу Томаса, и через десять дней директору подготовили справку. В 2003 году её рассекретили, и теперь она лежит в электронном читальном зале ЦРУ (ЦРУ, 1981)3.

Справка ЦРУ от 16 января 1981 года (CIA-RDP84B00890R000800060033-0), ответ на письмо ректора Питтсбургского университета:

1. Прошлой весной языковая школа узнала о методе Мишеля Томаса… В мае 1980 года г-на Томаса пригласили в школу рассказать о своих методах. Общее мнение преподавателей и профессиональных лингвистов… резко расходится с впечатлением ректора Посвара. 2. С его разрешения устную речь проверили у восьмерых, учивших у него французский, испанский и немецкий. Ни один не показал уровня, хоть сколько-нибудь близкого к обещанному. Г-н Чарльз Морин… восторженный сторонник метода, но неохотный собеседник. 3. Г-н Томас провёл у них двухнедельную показательную программу. Военный институт иностранных языков (DLI) отозвался о методе весьма отрицательно. 4. …письмом от 26 ноября 1980 года мы сообщили ему, что больше не заинтересованы… 5. …метод Мишеля Томаса не отвечает нуждам нашей языковой школы.

Оказалось, в разведке Томаса уже знали. Языковая школа ЦРУ узнала о методе весной 1980 года из выступлений на профессиональных конференциях, а в мае пригласила самого Томаса рассказать о нём. Преподаватели и лингвисты после беседы остались, как сказано в справке, совсем другого мнения, чем ректор. Они попросили у Томаса список его бывших учеников в районе Вашингтона и с его согласия проверили устную речь у восьмерых, учивших у него французский, испанский и немецкий. Ни один не показал уровня, хоть сколько-нибудь близкого к обещанному.

Первая страница справки ЦРУ о методе Мишеля Томаса от 16 января 1981 года
Справка для директора ЦРУ «Michel Thomas Method of Language Learning», 16 января 1981 года, страница 1. Рассекречена в 2003 году, общественное достояние, CIA Reading Room.

Самое человечное место справки касается того ученика, которого ректор приводил в пример. О нём написано, что он восторженный сторонник метода, но неохотный собеседник. То есть хвалить метод он был готов сколько угодно, только не на том языке, который по этому методу выучил. Вежливее, по-моему, не скажешь.

Заодно в ЦРУ позвонили в военный институт иностранных языков в Монтерее (Defense Language Institute), где Томас провёл двухнедельную показательную программу. Там о методе отозвались весьма отрицательно. Чем именно он им не понравился, в справке не сказано, но догадаться нетрудно. Про этот институт у меня есть отдельный ролик. Туда берут только тех, кто прошёл тест на способности к языкам, учатся там по семь часов в день и ещё два-три часа сидят над домашними заданиями, а в конце сдают экзамен, где проверяют и понимание на слух, и чтение, и разговор. И вот к этим людям приходит человек, который говорит: таланта не нужно, домашних заданий не будет, читать и писать мы не станем, и всё это за несколько дней. Понятно, что общего языка они не нашли.

Занятие в Военном институте иностранных языков в Монтерее, январь 2026 года. Видео DVIDS, 17-е учебное крыло ВВС США, общественное достояние.

Важный нюанс: проверка ЦРУ тоже не эксперимент. Восемь человек, выбранных из списка самого Томаса, неизвестно когда и сколько учившихся, и устное собеседование без сравнения с другими курсами. Справка честно говорит только одно: обещанного уровня у этих людей не было.

Как же так: подростки в Лондоне за неделю заговорили, а его ученики в Вашингтоне нет? Чтобы понять, нужно услышать сами уроки, а их Томас долго никому не показывал. Записи он из того же страха плагиата держал под замком. Издательство уговаривало его несколько лет, и только в 2000 году курсы вышли на кассетах и дисках. К 2008 году их продали больше миллиона экземпляров (Липсетт, 2008)4. Сколько ещё разошлось по торрентам, не знает никто: на одном только русском трекере сборник курсов по его методу скачали больше 30 тысяч раз. Опасался он, похоже, не зря.

Что на самом деле происходит на уроке Томаса

Немецкий курс Томас записывал сам, с двумя учениками-англичанами, и открывается он тем же правилом, что и класс в Лондоне: The first ground rule is for you never to worry about remembering and therefore never to try to remember (Томас, Foundation German)5. Дальше всё устроено просто. Томас спрашивает, как сказать фразу по-немецки, слушатель ставит запись на паузу, собирает ответ сам и говорит вслух. Потом отвечает один из учеников, а последним фразу произносит Томас. Никакого текста перед глазами, никаких таблиц, всё на слух.

Обложки первого издания немецкого курса Мишеля Томаса на кассетах и дисках
«German with Michel Thomas», издательство Hodder, май 2000 года: вводный курс на кассетах и полный курс на дисках. Обложки по Open Library (кассеты, диски).

Самое интересное начинается, если слушать внимательно, что именно он спрашивает. Около десятой минуты ученики собирают Es ist gut, «это хорошо». Примерно через полчаса они строят фразу «мы остаёмся здесь», и человек, который запретил запоминать, начинает с вопроса: Do you remember the word for «here»? Помните, как будет «здесь»? Потом урок уходит к отрицанию, к глаголам «понимать» и «мочь», и только минут через двадцать Томас вдруг возвращает старое слово: Do you remember «to stay»? Ученик сам достаёт bleiben из памяти и тут же собирает из него Wir bleiben nicht, «мы не остаёмся».

Первый час немецкого курса Мишеля Томаса: вопрос «Как бы вы сказали…?» звучит примерно 2 раза в минуту, «Повторите за мной» — ни разу.

1. Начало: «Никогда не беспокойтесь о том, чтобы запомнить, а значит, и не пытайтесь запоминать». 2. Около 10-й минуты: «это хорошо» — Es ist gut. 3. Примерно через полчаса: «Помните, как будет „здесь“?» — hier, «мы остаёмся здесь» — Wir bleiben hier. 4. Ещё минут через двадцать: «Помните, как будет „оставаться“?» — bleiben, «мы не остаёмся» — Wir bleiben nicht.

Каждый из нас через это проходил, только не на уроке языка. Таблица умножения была напечатана на обложке любой тетради в клетку, и смотреть на неё можно было хоть весь урок. Но выучили мы её не с обложки, а когда учительница спрашивала вразброс: семью восемь? Пятьдесят шесть, если вы сейчас тоже полезли в память. Томас задаёт такие вопросы примерно дважды в минуту, я посчитал по первому часу немецкого курса. А за весь час он ни разу не просит «повторите за мной».

Таблица умножения на красной задней обложке советской школьной тетради
Таблица умножения на задней обложке советской тетради в клетку, ГОСТ 12063-75, цена 3 копейки. Фото Mikus, Wikimedia Commons, CC0.

Выходит, запрещал он зубрёжку и повтор урока в уме, а вспоминать заставлял постоянно. Ученик не тратит силы на то, чтобы удержать слово в голове специально, но слово всё время к нему возвращается в виде вопроса, на который надо ответить самому.

Сама идея возвращать слово через растущие промежутки времени не была изобретением Томаса. В 1967 году американский лингвист Пол Пимслер, автор другого знаменитого аудиокурса, описал «график памяти»: новое слово нужно спросить через несколько секунд, потом через полминуты, через пару минут, через десять, и каждый следующий промежуток примерно в пять раз длиннее предыдущего. Десятое повторение по его расчёту приходится примерно на четвёртый месяц (Пимслер, 1967)6. У Пимслера тоже надо ставить паузу и отвечать самому, и интересно, что повторять за диктором он допускал, но только ради произношения. Разница в том, что Пимслер свою схему опубликовал в научном журнале, а Томас свою держал в голове и никому не объяснял.

Обратите внимание ещё на одну деталь. Ученик Томаса ни разу не видит слово написанным, и вопросы ему задают не «что значит bleiben», а «как сказать „оставаться“». То есть он всё время идёт от родного языка к иностранному. Это самое трудное направление: узнать знакомое слово в чужой речи гораздо легче, чем самому его достать. Именно поэтому через неделю такого курса человек звучит увереннее, чем после месяца чтения учебника: всю неделю он тренировал ровно то, что слышно со стороны.

Полезный совет: послушайте любой аудиокурс «с паузами» и посчитайте, сколько раз за десять минут вас просят вспомнить что-то сказанное раньше, а сколько раз просто повторить. Это хороший способ быстро понять, сколько в курсе настоящей работы памяти.

Аудиокурс с паузами: поставить запись на паузу и ответить вслух самому. Видео SHVETS production на Pexels, лицензия Pexels.

Остаётся вопрос: правда ли вспоминать полезнее, чем повторять, или это просто красивое объяснение задним числом? Это проверяли психологи, и не один раз.

Повторять за диктором или вспоминать самому

Самый близкий к урокам Томаса опыт поставили в Калифорнийском университете в Сан-Диего. Студентам, которые никогда не учили иврит, дали 40 ивритских существительных из четырёх тем: части тела, еда, животные, предметы быта, то есть слова вроде «ухо», «вилка», «слон». Слова звучали только в записи, написанными их никто не видел. Каждый участник учил половину тем одним способом, а половину другим (Канг, Голлан и Пашлер, 2013)7.

Психолог Шон Кан у здания Дартмутского колледжа
Шон Кан, один из авторов опыта с ивритом, 2013 год. Фото Eli Burakian, Дартмутский колледж (страница новости).

Первый способ устроен как аудиокурс «повторяйте за мной». На экране фотография предмета, одновременно звучит слово, и его надо сразу повторить вслух. Второй способ иначе: фотография появляется, а слово звучит только примерно через три секунды. За это время надо попытаться назвать предмет самому и только потом услышать правильный ответ. Если вспомнить не получилось, слово просто повторяют за записью. Слова шли по кругу три раза, а итоговая проверка была такой: студент видит новую фотографию того же предмета и должен назвать его сам.

Две схемы: «повторять» — картинка и слово звучат сразу, слово надо повторить вслух; «вспоминать» — картинка, около 3 секунд на попытку назвать, потом звучит слово.

  • на тренировке (опыт 1, третий, последний круг): повторял за диктором 90%, вспоминал сам 35%
  • итоговая проверка (опыт 1, сразу после тренировки): повторял за диктором 27%, вспоминал сам 40%
  • через 2 дня (опыт 2, проверка через 48 часов): повторял за диктором 19%, вспоминал сам 34%

Произношение на итоговой проверке у обеих групп одинаковое. Kang, Gollan, Pashler, 2013.

На самом занятии повторение выигрывало с огромным отрывом. На последнем круге за диктором студенты правильно произносили 90% слов, а по памяти только 35%. Это и понятно: слово только что прозвучало, повторить его может кто угодно. Казалось бы, повторение и есть лучший способ.

На итоговой проверке всё вышло наоборот. Слова, которые учили, припоминая, называли в 40% случаев, а выученные повторением в 27%, примерно в полтора раза реже. Во втором опыте с другими студентами, 59 человек, слова шли уже шесть кругов, а проверку отложили на двое суток. Разница стала почти двукратной: 34% против 19%. Отдельно носитель иврита оценивал произношение каждого правильного ответа по десятибалльной шкале. На тренировке у повторявших оно было чуть лучше, а на итоговой проверке разницы не осталось. Хотя кажется, что повторение за диктором должно лучше всего учить именно произношению.

Обратите внимание: в этом опыте слова учили считанные минуты, а проверяли через минуты или через двое суток. Это не доказывает, что через полгода разница останется такой же. Но направление в таких опытах раз за разом одинаковое, и для иностранных слов оно хорошо совпадает с тем, что видит любой преподаватель.

Есть ещё одна неприятная вещь: эту разницу мы почти не чувствуем. В знаменитом опыте, опубликованном в журнале Science, 40 студентов Университета Вашингтона в Сент-Луисе учили 40 слов на суахили, языке, из которого большинство из нас знает только «акуна матата». Пары «слово суахили и английский перевод» шли попеременно: несколько минут изучения, потом проверка, снова изучение, снова проверка, всего по четыре раза (Карпик и Рёдигер, 2008)8.

Психолог Джеффри Карпик в аудитории перед студентами
Джеффри Карпик на лекции в Университете Пердью, 2011 год. Фото Andrew Hancock, Purdue University (пресс-релиз).

Студентов разделили на четыре группы по 10 человек, и различались они только тем, что делали со словом после того, как его один раз удалось вспомнить. В одной группе такое слово продолжали и показывать для перечитывания, и спрашивать. Во второй его больше не показывали, но спрашивали. В третьей продолжали показывать, но больше не спрашивали. В четвёртой его убирали совсем. Кривые заучивания во всех группах получились одинаковые: к концу занятия почти все студенты знали все 40 слов.

Все группы учили 40 слов суахили, пока не вспомнили каждое хотя бы раз; различалось только, что делали с уже вспомненным словом. Прогноз студентов — около половины слов во всех группах.

  • перечитывали и спрашивали всё: прогноз 52%, через неделю около 80%
  • выученное не перечитывали, но спрашивали: прогноз 51%, через неделю около 80%
  • выученное перечитывали, но не спрашивали: прогноз 55%, через неделю 36%
  • выученное убирали совсем: прогноз 51%, через неделю 33%

Karpicke, Roediger, 2008, Science.

В конце занятия каждого спросили, сколько слов из 40 он вспомнит через неделю. Все четыре группы ответили одинаково, около половины. Через неделю те, кого продолжали спрашивать, вспомнили около 80% слов, а те, кого перестали спрашивать, около трети: 36%, если слово продолжали показывать, и 33%, если убирали совсем. Перечитывание выученного слова через неделю не дало почти ничего. Пользы от него вышло примерно как от учебника под подушкой в ночь перед экзаменом. Авторы так и пишут: повторное изучение после одного удачного припоминания не дало измеримого прироста знаний через неделю, а сами студенты не подозревали, насколько им помогает припоминание.

Первая страница статьи Карпика и Рёдигера в журнале Science
Начало статьи Карпика и Рёдигера «The Critical Importance of Retrieval for Learning», Science, 15 февраля 2008 года. По копии на сайте лаборатории Карпика.

Здесь и правило Томаса читается совсем иначе. Он снял с ученика ту работу, которую человек делает плохо: зубрить, перечитывать и решать, что уже выучено и что можно больше не трогать. Студенты в опыте с суахили как раз и показали, что сами мы это решаем плохо. А оставил Томас ту работу, что закрепляет память сильнее всего: снова и снова доставать слово и правило из головы и тут же собирать из них фразу. «За то, что вы помните, отвечаю я» на деле значило, что учитель решает, что и когда вернуть. Один программист, прошедший его французский курс, написал об этом в отзыве очень точно: урок Томаса больше похож на сеанс в Anki, чем на школьный класс.

Каркас без отделки и два правила для себя

Но тогда почему экзаменаторы ЦРУ не услышали у его учеников обещанного уровня? Вспомните, чем лондонские ребята были заняты все девять часов первого дня. Они только слушали Томаса и говорили, без учебников, без тетради, ничего не записывая. Французский он давал крошечными порциями: несколько слов, немного базовой грамматики и сразу просьба собрать из этого простую фразу. Новое вводил постепенно и, как опытный жонглёр, ловил каждое слово ровно тогда, когда оно вот-вот упадёт, то есть возвращал его минут через пять-десять после того, как ввёл. Это то самое интервальное повторение, только не на карточках, а вслух.

Жонглёр ловит мяч, когда тот вот-вот упадёт: так Томас возвращал слова. Видео Pixabay на Pexels, лицензия Pexels.

Это же очень напоминает понятный ввод, comprehensible input, о котором сейчас так любят говорить. Только Томас разжёвывал каждую фразу через перевод и объяснение грамматики. Но кто сказал, что понятный ввод с переводом перестаёт быть понятным вводом?

По-моему, в этом и есть его главная находка. Всё внимание учеников он собрал на двух навыках, которые обычно даются труднее всего и одновременно впечатляют сильнее всего: понимать речь на слух и самому строить фразы. Именно это создаёт эффект чуда. Человек, который через неделю бодро отвечает по-французски перед камерой, кажется заговорившим. Но слушает он только самого Томаса, ясную речь из уже знакомых кусков, а фразы строит из очень небольшого запаса слов.

И сам Томас этого не скрывал. «Я архитектор, который строит дом, а отделывать его уже ваше дело», говорил он в интервью The Guardian в 2000 году (Дэвис, 2000)9. Кто покупал квартиру в новостройке без отделки, тот знает, как выглядит такой дом изнутри. Очень похоже звучит и Дмитрий Петров в первом уроке немецкого «Полиглота»: есть некий набор алгоритмов, стержень, на который можно нанизывать всё остальное, а сколько нанизывать, каждый определяет для себя сам («Полиглот», 2014)10.

Каркас дома без отделки. Видео TR Studio на Pexels, лицензия Pexels.

Чего в этом доме нет, хорошо описал немецкий лингвист Иоахим Гжега, который прошёл три курса Томаса: испанский, польский и японский. Активную и пассивную грамматику, пишет он, так усваиваешь очень быстро, а насколько надолго, это уже другой вопрос. Зато простых повседневных слов и выражений на записях почти нет, а связные диалоги не играют вообще никакой роли (Гжега, 2013)11. Разговор с человеком, тем более с экзаменатором, как раз из них и состоит.

Лингвист Иоахим Гжега в голубой рубашке в парке
Иоахим Гжега, 2005 год. Автопортрет, общественное достояние, Wikimedia Commons.

Сам приём при этом прекрасно работает и без Томаса. Гжега построил на нём собственный формат и провёл для немцев день французского с утра до шести вечера. К вечеру, по его наблюдению, большинство участников могли представиться, расспросить собеседника и объясниться в ресторане и в простых экстренных ситуациях. Любопытно, что те, кто делал записи, справлялись не лучше тех, кто ничего не записывал. Честности ради: это отчёт самого автора, а не опыт с тестом и контрольной группой.

Интересный факт: Гжега отметил и усталость: после половины пятого она у участников стала заметной. Так что девять часов подряд, как в первый день у Томаса, тяжело даются даже взрослым и мотивированным людям.

Так обман это или метод? Метод, только ошиблись в нём обе стороны. Университеты зря считали всё обаянием одного человека, а Томас зря обещал учение без усилий. Усилие никуда не делось, оно просто переехало из домашней зубрёжки внутрь урока, и всё его Томас взял на себя. Я скачал несколько курсов по его методу, послушал русский и японский, и у меня осталось впечатление очень продуманного и бережного лингвистического подкаста с паузами, где надо время от времени отвечать самому. Как вход в язык это замечательно. Но всем навыкам такой курс не научит, да и сами курсы для этого слишком маленькие. Главного, без чего язык не работает, в них нет: первых нескольких тысяч самых частотных слов.

За пять дней Томас даёт каркас языка, а слова и слух для разговора нужно добирать отдельно. И самое интересное, что учить эти слова можно по его же принципу. Я бы взял себе два правила.

Первое: не повторяйте бездумно. Не перечитывайте одно и то же по кругу и не проводите часы за роликами, где вы механически повторяете за диктором, не пытаясь ничего вспомнить. Запоминается то, что вы сначала пытаетесь достать из памяти сами и только потом сверяете с правильным ответом, получилось или нет. Бездумное повторение похоже на спортзал, где вы сто раз поднимаете крошечную гантельку: легко, кажется, что вы молодец, только мышцы от этого не растут. Возьмите вес по себе и сделайте несколько подходов с усилием, и толку будет гораздо больше. Если аудиокурс просит повторять за диктором, ставьте паузу и говорите фразу раньше него.

Второе: не решайте сами, когда возвращаться к слову. Мы в этом ошибаемся, как те студенты, которые при любом способе ждали одну и ту же половину. Язык огромен, и держать в голове, какое из тысяч слов пора повторить, невозможно. К счастью, о том, как мы запоминаем и забываем, сделано очень много исследований, и эту работу давно умеют делать алгоритмы.

Один из лучших сейчас называется FSRS. Его разработали в открытом проекте open-spaced-repetition, описали в научных статьях (Е, Су и Цао, 2022; Су и др., 2023)1213, а с версии 23.10 он встроен в Anki как бесплатная опция, которую надо найти и включить в настройках колоды (руководство Anki)14. Устроен он так. У каждого слова есть стабильность памяти: за сколько дней вероятность вспомнить его падает до 90%. Каждый ваш ответ эту стабильность меняет, и следующий повтор алгоритм назначает на тот день, когда вероятность вспомнить упадёт до выбранного вами уровня. Его называют целевой удерживаемостью: в Anki по умолчанию это 90%. Когда наберётся история ваших ответов, FSRS подбирает параметры формул под то, как вспоминаете именно вы.

FSRS-6 со стандартными параметрами, повтор строго в назначенный день, каждый раз ответ «Помню» (без шагов первого дня):

  • удерживаемость 80%: 8, 75, 521 день…
  • 85% (по умолчанию в «Словах»): 4, 31, 173, 773 дня…
  • 90% (по умолчанию в Anki): 2, 11, 46, 163, 497 дней…
  • 95%: 1, 3, 8, 19, 43, 89 дней…

После ответа «Забыл» интервал снова становится коротким, после «Легко» — длиннее.

Посмотрите, что происходит с интервалами. Пока вы вспоминаете слово, промежутки растут очень быстро: дни, недели, месяцы. Стоит один раз ответить «Забыл», и слово возвращается уже примерно через неделю, а потом промежутки начинают расти заново. А если поднять целевую удерживаемость с 85% до 95%, повторений одного слова за год станет примерно вдвое больше. Насколько хорошо FSRS предсказывает, вспомните вы слово или нет, проверяют на открытом наборе из почти 10 000 коллекций Anki, и из алгоритмов, которые стоят в программах для карточек, он там точнее всех, уступая только экспериментальным нейросетям (srs-benchmark)15. Важно понимать, что этот тест меряет точность прогноза, а не то, сколько слов в итоге выучили люди.

Сеанс повторения в Anki: карточки немецкой колоды «Слова» (vergessen, wiederholen, das Gedächtnis) и кнопки ответа с интервалом до следующего показа. Запись экрана; окно Anki воссоздано по интерфейсу версии 25.02.

На своём сайте «Слова» я поставил FSRS основой тренажёра, а не опцией, потому что пришёл к выводу, что учиться с ним стоит всем и по умолчанию. Там три кнопки: «Забыл», «Помню», «Легко», и целевая удерживаемость по умолчанию 85%, её можно поменять в настройках. Когда у вас наберётся достаточно ответов, параметры раз в неделю подстраиваются под вашу память. Сами слова идут в том порядке, в каком они встречаются в языке: немецкая колода собрана по огромному массиву современных текстов, и начинаете вы с тех слов, что звучат в любом разговоре и которых у Томаса почти нет. Получается примерно то, что тот программист увидел в уроке Томаса, только учитель, который решает, что и когда у вас спросить, живёт в телефоне. Колоды там на 13 языках, тест словарного запаса бесплатный и покажет, с какого слова начинать, а первый уровень каждой колоды открыт бесплатно.

А если к словам нужна ещё и грамматика с живыми диалогами, которых так не хватало Гжеге у Томаса, есть наш курс «Немецкий для жизни А1»: каждое правило там сразу закрепляют упражнения, а задания на слух идут с первого урока.

Так что курсы вроде томасовских имеют полное право на существование и могут очень помочь на старте. Но потом без серьёзной работы всё равно никуда, просто работать стоит с умом: вспоминать, а не перечитывать, и доверить расписание алгоритму.

Часто задаваемые вопросы

Что такое метод Мишеля Томаса?

Это аудиокурс, в котором учитель шаг за шагом строит с учениками фразы на иностранном языке без учебника, записей и домашних заданий. Слушатель ставит запись на паузу, сам собирает фразу и сверяется с учениками и учителем. Главное правило звучит как «не пытайтесь запоминать», но на деле курс постоянно заставляет вспоминать уже пройденные слова.

Можно ли выучить язык по курсу Мишеля Томаса?

Начать можно, и начать хорошо: грамматический каркас по нему складывается быстро. Но повседневных слов и связных диалогов на записях почти нет, а речь в курсе медленная и понятная. Поэтому после него нужно добирать словарь, слушать живую речь и говорить с людьми. Справка ЦРУ 1981 года как раз и показала, что сам по себе курс до свободной речи не доводит.

Правда ли, что ЦРУ проверяло метод Томаса?

Да. В справке от 16 января 1981 года, рассекреченной в 2003 году, сказано, что языковая школа ЦРУ проверила устную речь восьмерых бывших учеников Томаса, учивших французский, испанский и немецкий, и ни один не показал уровня, близкого к обещанному. Военный институт иностранных языков в Монтерее тоже отозвался о методе отрицательно.

Чем отличаются курсы Томаса и Пимслера?

Оба построены на паузах, в которые надо ответить самому, и оба возвращают слова через растущие промежутки. Пимслер опубликовал свой график повторений в научном журнале в 1967 году, а Томас свой метод не объяснял. У Томаса больше объяснений грамматики и сборки фраз из частей, а Пимслер строит уроки вокруг коротких диалогов носителей.

Почему повторять за диктором хуже, чем вспоминать?

Потому что повторить только что прозвучавшее слово может кто угодно, а память укрепляет именно попытка достать слово самому. В опыте с ивритом слова, которые учили припоминанием, через двое суток называли почти вдвое чаще, а произношение у них было не хуже.

Что такое FSRS и где его включить?

FSRS — алгоритм интервальных повторений, который по вашим ответам решает, когда вернуть каждую карточку. В Anki он встроен с версии 23.10, его нужно включить в настройках колоды. На сайте «Слова» он работает по умолчанию.

Какую целевую удерживаемость выбрать в FSRS?

В Anki по умолчанию 90%, в «Словах» 85%. Чем выше удерживаемость, тем больше повторений: при 95% их примерно вдвое больше, чем при 85%. Для изучения слов языка обычно хватает 85–90%.

Источники

  1. Michel Thomas [некролог]. (2005, January 19). The Guardian. https://www.theguardian.com/news/2005/jan/19/guardianobituaries.obituaries ↩
  2. Levy, N. (Director). (1997). The Language Master [документальный фильм]. BBC. ↩
  3. Central Intelligence Agency. (1981, January 16). Michel Thomas Method of Language Learning (OTE 81-1006), Memorandum for Director of Central Intelligence. CIA-RDP84B00890R000800060033-0. CIA FOIA Electronic Reading Room (CREST), approved for release 2003. https://www.cia.gov/readingroom/document/cia-rdp84b00890r000800060033-0; копия PDF: https://web.archive.org/web/20250302065943/https://www.cia.gov/readingroom/docs/CIA-RDP84B00890R000800060033-0.pdf ↩
  4. Lipsett, A. (2008, September 2). My message: «Anybody can learn». The Guardian. https://www.theguardian.com/education/2008/sep/02/languages.schools ↩
  5. Thomas, M. Foundation German. Michel Thomas Method [аудиокурс]. London: Hodder (первое издание курсов — 2000). ↩
  6. Pimsleur, P. (1967). A memory schedule. The Modern Language Journal, 51(2), 73–75. https://doi.org/10.1111/j.1540-4781.1967.tb06700.x ↩
  7. Kang, S. H. K., Gollan, T. H., & Pashler, H. (2013). Don’t just repeat after me: Retrieval practice is better than imitation for foreign vocabulary learning. Psychonomic Bulletin & Review, 20(6), 1259–1265. https://doi.org/10.3758/s13423-013-0450-z ↩
  8. Karpicke, J. D., & Roediger, H. L. III. (2008). The critical importance of retrieval for learning. Science, 319(5865), 966–968. https://doi.org/10.1126/science.1152408; открытый PDF: https://learninglab.psych.purdue.edu/downloads/2008/2008_Karpicke_Roediger_Science.pdf ↩
  9. Davies, H. (2000, May 9). As if by magic. The Guardian. https://www.theguardian.com/education/2000/may/09/schools.helendavies ↩
  10. Полиглот. Выучим немецкий за 16 часов! Урок 1 [телепередача]. Ведущий Д. Петров. Россия-Культура, 2014. ↩
  11. Grzega, J. (2013). Report on developing and testing the Language Workout Method: The first research project at the Europäisches Haus Pappenheim (EHP). Journal for EuroLinguistiX, 10, 76–89. https://www1.ku.de/SLF/EngluVglSW/ELiX/grzega-132.pdf ↩
  12. Ye, J., Su, J., & Cao, Y. (2022). A stochastic shortest path algorithm for optimizing spaced repetition scheduling. In Proceedings of the 28th ACM SIGKDD Conference on Knowledge Discovery and Data Mining (pp. 4381–4390). https://doi.org/10.1145/3534678.3539081 ↩
  13. Su, J., Ye, J., Nie, L., Cao, Y., & Chen, Y. (2023). Optimizing spaced repetition schedule by capturing the dynamics of memory. IEEE Transactions on Knowledge and Data Engineering, 35(10), 10085–10097. https://doi.org/10.1109/TKDE.2023.3251721 ↩
  14. Anki Manual. Deck Options: FSRS. https://docs.ankiweb.net/deck-options.html; Anki 23.10 changes: https://changes.ankiweb.net/changes/23.10.html ↩
  15. open-spaced-repetition. srs-benchmark [репозиторий]. GitHub. https://github.com/open-spaced-repetition/srs-benchmark ↩

Читайте также

все статьи
Подарок · Goethe B1

Бесплатная подборка видео к экзамену по немецкому Goethe B1